Флика - Дух Мустанга

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Флика - Дух Мустанга » Левады » Левада около густого, молодого ельника.


Левада около густого, молодого ельника.

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

Левада построена буквально месяц назад. Тут очень тихо, так как конюшня находится примерно в 2 км отсюда. Рядом растут маленькие и большие ели, а если выйти из левады и пройтись на севере, то можно попасть в еловый лес. Мимо этой левады часто ходят конные походы, прокатчики и частники. Это любимое место для лошадей, которым нужна тишина или же для молодых кобыл и жеребцов, которых не поставишь в те другие левады из-за того, что они буйные. С левого края есть крыша и под ней всегда есть свежее сено на период зимы и осени, ранней весны, а когда лето тут много моркови и свеклы с комбикормом. Так же там есть вода. За чистотой левады следят 2 конюха. Если проехать верхом от неё километра 4-5, то можно доехать до речки на берегу которой есть интересное кафе.

0

2

Ликёр, всё же ты очень странный жеребец. Я хотел было недавно продать тебя девушке, но она сбежала из конюшни с криками и больше никто сумасшедшую не видел. Ты так не любишь людей? меня к тебе с самого приезда приставили и ты всегда всё делал правильно, Ника недавно приходила вся в слезах. Вы с ней в лес ездили и ты её сбросил, когда вы занимались. Я никогда тебя не наказывал и не хотел бы этого делать, но сейчас сюда приведут подростка парня ему 16 лет и ты его будешь катать и если же опять всё будет тщетно я запрещу брать тебя куда-либо даже в прокат и будешь стоять в деннике, пока тебя кто-нибудь не купит. а я же знаю, что это не скоро случиться. Ахалтекинец ты конечно прекрасный и племенной жеребец, но всё таки как никак ты будешь работать.
Мужчина лет 30 разговаривал с тобой и надеялся, что ты его слушаешь, а ты просто шёл и зажмурив левый глаз от яркого солнца дернул головой в бок и зажал уши. Ты никогда не видел эту леваду и поэтому попятившись пытался свечить, ну это у тебя вышло и пронзительное ржание вырвалось из груди. Нервы. Ты был здоров, ну, а это и есть здоровая реакция на всё новое. После трёх свечек ты огрёб по крупу хлыстом и конюх больно дёрнул за повод заставив вернуться на землю.
Лик, ты очумел что ли? Что с тобой такое? Я решил, что заниматься на тебе мальчик будет в леваде, а не в манеже, я за него боюсь, а это сын очень богатого человека и если с ним из-за тебя что-то случиться, то ты точно больше из денника не выйдешь. А сейчас я подтяну подпругу и мы с тобой разомнёмся тут для начала. Мне не нравиться твоё гадкое поведение, настало время тебя переломить с твоим характером. Мне звонили и специально предупредили, а так как остальные лошади в работе или в прокате или в поход ушли на праздники, а ты остался, то ты будешь на 2 часа лошадью того парня. После того, как ты выслушал ещё одну утомительную речь конюха ты сделал крысу в его сторону и подождав пару секунд понял, что Сергей уже у тебя на спине. Он был спортсменом и не только конюхом. Этот человек был жёстким и не давал тебе ни свободы, ни повода для того, что бы её обрести. подобрав повод и плотно прижавшись к тебе шенкелем он дослал ногой и на всякий случай потрогал бок хлыстом. Ты знал, что сейчас лучше его не испытывать ну и потом всё равно придётся катать того парня, про которого говорил Серёжа. Ты пошёл прибавленным шагом. ты был с рождения иноходцем и из-за этого тебя не пустили в выездку, а отдали как племенного жеребца сюда. ты стоил дорого, но тут наверное ты никому не подходил разве только для проката. Серые бока раздувались от напряжения. Мужчина держал тебя строго, контролируя каждое действие. Серый нос был опущен и вот после 10 минут шага с лёгкими элементами на подобии вольтов и серпантина он дослал тебя в рысь. Всё ты больше не мог терпеть этого урода у себя на спине. Отвесив козла ты попятился и сорвавшись с места в галоп поскакал. Резкий поворот и остановка. Левада была маленькая и тут особо не поскачешь. Правда чувство, что мужик сдался не покинуло тебя, ну а вскоре ты понял, что ты натворил. С криками и орами Сергей Владимирович начал без перерыва бить тебя по крупу, от чего ты начинал медленно беситься. не давая тебе пройти вперёд он перестал бить и передёрнув повод дожал ногой и властно сказал.
Рысью, тварь!
Так он никогда не говорил, но видимо ты его вывел из себя. Широко раздувая ноздри и мотая головой то вверх, то вниз ты побежал рысью. Он держался очень хорошо и все твои попытки оставались тщетными. Вскоре после недолгой рыси, а она у тебя была не удобная тебе переслали в шаг и три минуты вы шагали. ты всю тренировку был напряжён. Галоп. длинный минут в 15, это он наверное сделал, что бы у тебя сил попросту не осталось для того парнишки, но ты злился на Серёжу и уже придумал что сделать с парнем, хотя тогда наверное с тобой будет всё гораздо хуже. Переход в шаг и наконец-то повод твой. ты ничего больше не делал, а просто шагал еле переставляя ноги по мягкой траве. Солнце озарило всю леваду и вот долгожданное утро наконец-то пришло. тебя похлопали по шее и он слез. Сняв седло и быстро накинув попону он растягивал уздечку и одел недоуздок. Недовольно посмотрев тебе в глаза он сказал что-то про три часа и свалил. Какая радость, но ты не прыгал и не бегал, ты устал. Громко фыркнув ты вздохнул и подойдя под навес жадно стал пить прохладную утреннюю воду. Капельки пота сбежали по холодному лбу и ты поев немного овса вышел на середину левады и начал пастись.

Отредактировано Liquor (2010-05-28 15:36:13)

0

3

------Откуда-то----------
Монтану вели в незизвестном направлении.Кобылка не особо сопротивлялась,лишь была очень осторожной,даже излишне пугливой с людьми.Столь короткая жизнь все же научила ее немного опасливо относиться к людям.но сейчас Хэйб не металась и не вырывалась,точно бешеная,так как все же некоторые двуногие все же относились к ней с еле заметной нежностью.По дороге не дергали и не кричали,старались не спешить никуда.
Итак Соду наконец-то привели в место назначения.Кобылка шумно вдохнула воздух вокруг и тут же почувствовала сильный,но приятный для лошадиного носа,запах хвои.Да уж,кто-кто,а Монтана довольно редко чувствовала такой запах где-то поблизости.В Аравии таких странных деревьев,называемых "ели" не было никогда. Может быть Монтане так понравилось в новой конюшне именно из-за множества новых открытых ею вещей? Или кобылка предпочла бы жаркие пески,так обжигающие ноги,холодным зимам,что пробирали для костей?.Хэйб временами себя не понимала.она и сама не знала,чего ей хочется на самом деле.
Левада.Вот куда привели молодую англо-арабскую кобылу. Видимо надеялись,что здесь никого не будет.Ошиблись.Хоть путь был неблизок,но в леваде все же находилась еще одна лошадь.Монтана за бликами солнца,которые настойчиво лези в глаза,словно мошки,заметила силуэт,находящийся совсем недалеко от нее.Хэйб стала нетерпеливо толкать носом человека,который все держал ее за повод,сомневаясь,стоит ли оставлять кобылу здесь.Тот отмахнулся и еще немного поколебавшись,все же впустил Монтану в просторную леваду.Судя по внешнему виду,левада была совсем новенькая и сюда редко кто приходил.Заборы,окружавшие ее территорию,были чисто выбелены и на них не было ни следа от лошадиной "жизнедеятельности".Трава уже обильно проросла,но было видно обильное ее скашивание.У Монтаны в голове сложилось два варианта.Либо путь от конюшни до этой левады слишком долог,либо в леваду боятся запускать сразу множество лошадей.Но Хэйб придерживалась первого мнения и поэтому больше не задумывалась над такой "проблемой"..
Человек наконец ушел,махнув рукой на возможные последствия и Монтана язвительно посмотрела ему вслед. Кобылка отвлеклась от уходящего и наконец смогла вздохнуть свободно,здесь не было ни единой души,за исключением другой лошади в леваде.Хэйб повернула голову в сторону незнакомца.Сода несколько критично оглядела его и сделала вывод,что он довольно хорош собой.Ее взгляд скользил от одной части тела к другой,осматривая все и не упуская подробностей.Не думайте,что Монтана молоденькая обворожительница.Эта способность действует лишь в силу ее возраста.Да.Ей все интересно. И поэтому кобылка не упускает до сих пор возможности побыстрее все исследовать.
Монтана спешно отвернулась,дабы не показаться невежливой в этот момент.Ведь оглядывание незнакомых коней было более чем неэтичным.Да и понять не так могут.Сода наклонила голову к траве,сочно хрустящей под ногами и выдернула пучок травы,осыпав кончик языка блестящими капельками росы,ослпеительно сверкающими на солнце.Идеально.

0

4

Увидев кобылу ты изогнул голову и подняв хвост начал пританцовывать на месте иногда подкашиваясь на неё, а потом остановившись решил к ней подойти. Изящно как лебедь ты подошёл к ней и фыркнув широко раздул ноздри и втянул в себя её аромат, кобыла пахла свежей травой, которая была ещё в росе и ароматами разного сена, трав и прохладной водой. Решив, что больше молчать нельзя, ты попятился назад, ловко развернулся на месте и выставив переднюю ногу вперёд посмотрел на неё своими большими цвета чёрного алмаза глазами. Золотая цепочка не нравилась тебе, но снять её никто так и не додумался.
Привет, меня Ликёр зовут, а тебя?
Ты посмотрел на кобылу и улыбнулся. Послышались шаги старого мужчины. Ты дёрнул ухом немного сдав назад, но конюх пролетел мимо с криком, видимо опять что-то не поделили. Твои глаза быстро вернулись к новой знакомой. Почему кобылу запустили в одну леваду с жеребцом? Видимо подумали, что он мерин, но такое предположение было ошибочным. Чёрная чёлка была слишком короткая и упасть тебе на глаза попросту не могла. Мощные ноги пританцовывали видимо от впечатления которое, на тебя произвела кобыла. Ошибочно было лишь запустить её сюда и уйти прочь. ты был племенным жеребцом производителем, было как-то странно почему ты сразу не покрыл её, а ещё стоял рядом и говорил. Видимо пока в тебе преобладала мирная натура, но ты уже всё равно стал считать эту кобылу своей. Она была домашняя и видимо спокойная, ты заметил, как она смотрела на тебя, тебя это впечатлило и обрадовало, ты был уверен, что она не как все, она будет говорить, а не выпендриваться, ведь те кто были одинаковыми сразу отталкивали тебя от себя.
Меня совсем недавно привезли сюда, до этого я жил в Англии, а ты? там было всегда дождливо и только очень редко были солнечные дни, ничего. что я говорю на ты?
Обычно ты не церемонился с кобылами и даже не здоровался для того, что бы потом их покрыть, но с этой ты вёл себя сдержанно и учтиво, даже с не присущим уважением.

0

5

Капельки росы уже начали надоедать Монтане,а солнце напекало как сумасшедшее,будто стараясь проделать дырки в коже.да и к тому же кобыле досаждали комары, которые беспрестанно лезли в нос и глаза.Но от них было не спастись. Сода дергала головой, недовольно взмахивала хвостом,но от микроскопических кровопийц ее это не спасало. но совсем скоро кобыла просто напросто перестала обращать на насекомых внимания и стала мирно щипать траву, растягивая удовольствие и прожевывая каждую травинку отдельно с особым сладострастием. Хвост мирно размахивал по крупу,тем самым отгоняя все же нескольких обнаглевших в конец комаров,и заодно создавая ветер, который был сейчас как нельзя кстати. Становилось неимоверно душно, даже для утра.
До слуха Монтаны внезапно донеслись шаги. Кобыла дернула ухом, но не придала звукам особого значения. Насытиться сейчас было важнее, чем вслушиваться в утреннюю тишину.
Привет, меня Ликёр зовут, а тебя?-послышался голос.
Сода вздернула голову и увидела перед собой того незнакомца.Теперь кобылка смогла получше его разглядеть.Высок, прекрасного экстерьера,да и с манерами, похоже все в порядке. Кобыла невольно им залюбовалась, но вспомнив про неээтичность сего поступка, потупила взгляд. Также кобыла заметила красивый недоуздок, находившийся на незнакмоце. Особенно привлекла внимание цепочка, сверкающая на солнце и казавшаяся сейчас золотом.
Меня совсем недавно привезли сюда, до этого я жил в Англии, а ты? там было всегда дождливо и только очень редко были солнечные дни, ничего. что я говорю на ты? -затараторил незнакомец,испепеляя Монтану взглядом.
Сода немного отошла от коня, покачав головой,но сделав вывод о его чрезмерной самоуверенности. Кобыла взмахнула хвостом и сбила еще одно насекомое,а затем уставилась на Ликера.
Здравствуй.-промолвила Монтана.Sodamn ell Heib Montha Kreish
Сода коротко кивнула и слегка наклонила голову набок,все еще изучая коня.
Я прибыла из Аравии.-продолжила кобылка.В тех местах было жарко и сухо,не то,что здесь. Можешь обращаться на "ты".Я же не староста в табуне.
Последние слова Монтана произнесла с особой иронией и подмигнула,совсем незаметно.

0

6

Девушка вышла из конюшни. Был ясный теплый , день и Аджо  веселая и счастливая шла к леваде, которая находилась около ельника. Девушка  подошла к леваде и увидела там прекрасного вороного алхатекинского  жеребца. Девушка подошла к конюху, который сидел и в тени около елки. Джо спросила
-Привет, в леваде Лик гуляет?? Мужик со злобой взглянул и ответил хрипучим голосом.
-А а этот поддонок. Да вот тот вороной. Сказав, он снова  плюхнулся за стул.
Подойдя к леваде,  девушка нашла там дверь, которую она открыла и зашла. Она подошла к углу в тенек и сказала.
-Ммм какой прекрасный жеребец. Она начала подходить ближе к жеребцу .Девушка осмотрела жеребца и подумала.
Какой красавец. Попробуем поладить с ним. ..

0

7

Ты поджал под живот заднюю правую ногу и изогнул шею с интересом втянув воздух новоприбывшей девушки. Она выглядела довольно мило, но ты относился к людям слишком предвзято и поэтому только слегка намекнул ей, что твоё личное пространство неприкосновенно и подходить и гладить с таким лицом она может пони или осла, но не такого жеребца как ты. Закрыв собой Монтану ты громко фыркнул и задрал голову вверх отбив поджатой задней ногой по воздуху, ещё раз доказывая то, что подходить к кобыле и к себе очень близко ты не позволишь. Чёрные глаза следили за каждым движением девушки, и вдруг ты вздрогнул от внезапного крика Серёжи. Ты любил этого человека, а скорее не любил, а уважал. Любить людей ты не мог с самого детства, а причин было предостаточно.
Девушка, девушка! отойдите от этого жеребца, он хоть не такой уж и буйный, но если разозлить, то можно и в больницу попасть, тем более рядом с ним кобыла. Если вы конечно не хотите проехаться на нём или же купить. по другим вопросам прошу покинуть леваду и стоять возле ограждения. Травмы ведь вам ни к чему? Его зовут Ликёр. Ахалтекинец, племенной жеребец привезён к нам из Англии по заказу лично нашего хозяина конюшни. Но уже вот как год стараемся продать, но с одним условием, что вы не удите с конюшни. Серёжа подошёл к тебе и прицепил к цепочке карабин. Такой же позолоченный как и сама цепочка в виде недоуздка у тебя на мордочке. Ты поморщился и оглянувшись на Монтану сказал.
Хозяйка не твоя? она странная какая-то. Изогнув свою прекрасную шею ты потанцевал на месте и встав в свечку заржал, показав всю свою грацию и силу. Знатоки ахалтекинской породы писали о тебе статьи и у завода тогда брали интервью журналисты, но тебя даже тогда не продали, а хозяин этой конюшни выложил целое состояние за покупку такого "ценного" экземпляра, как он всем всегда говорил.

0

8

Как только Джо подошла к коню то молодой паренек ей сказал.
-Девушка, девушка! отойдите от этого жеребца, он хоть не такой уж и буйный, но если разозлить, то можно и в больницу попасть, тем более рядом с ним кобыла. Если вы конечно не хотите проехаться на нём или же купить. по другим вопросам прошу покинуть леваду и стоять возле ограждения. Травмы ведь вам ни к чему? Его зовут Ликёр.  Ахалтекинец, племенной жеребец привезён к нам из Англии по заказу лично нашего хозяина конюшни. Но уже вот как год стараемся продать, но с одним условием, что вы не удите с конюшни.
Девушка , улыбнувшись сказала
-М м м, заманчиво я бы проехалась на жеребце. И посмотрела как он в троеборье. Надеюсь вы не против? Джо осмотрела коня и улыбнувшись сказала.
-Ммм Деньги ,деньги деньги , он поди целое состояния стоит? Ну для меня это не проблема …
Джо так же заметила рыжую кобылу которую прикрывал собой Лик.
Красавица, они прекрасная пара. Подумала девушка.

0

9

Не в настроении – звучит даже слишком мягко.
Скверно все складывается. Опиум не пыталась скрыть своего крайнего расстройства и недовольства – день явно не удался, хоть и выглядел весьма многообещающим с утра. Парочка приятнейших знакомств, обожаемый ею дождь, увлекательная экскурсия – ничего не предвещало ужасного настроения, в котором она теперь прибывала.
Так могло бы  инее случиться. Все было замечательно, но в определенный момент, выйдя из задумчивости, Опиум осознала, что оказалась потеряна в полном одиночестве посреди незнакомой рощи, давно свернула с протоптанной тропы, да и потеряла своих спутников. Последнее расстроило больше всего. Разлука с Мгновением тяготила ее и почему-то даже укоряла Опиум, как будто бы не ее забыли посреди леса, а она намеренно ушла от спутников. Видимо, приятные впечатления от знакомства все же подкидывали ощутимую поблажку, скидку. Но все же общее состояние ахалтекинки было именно таковым – раздражение и расстройство, готовность наброситься с придирками и неосмысленными обвинениями на первого попавшегося на пути. Где ты, голубчик?
Не зря ее не занимал тот факт, что она оказалась не пойми где – найти конюшни не составило особого труда. Довольно скоро она вышла к леваде, пусть и увиденной ею в первый раз. Ерунда. Другие знакомые мечта явно где-то рядом. Но и возвращаться туда совсем не хотелось, так что приход сюда оказался весьма удачным.
Опиум слегка утомилась, ее поступь уже не была наполнена прежней грацией и легкостью, но с другой стороны ей и не перед кем было гарцевать и красоваться, можно было дать себе выходной. Не стоит думать, что ее грация всегда была показной. В душе актриса и танцовщица, Опиум всегда старалась вести себя возвышенно и достойно.
- Ох, - с досадой вздыхала она, глядя на свои мокрые грязные копыта, которые заметно пострадали от визита на болото. К тому же, стоит припомнить нелепое падение, от которого ненавистная грязь забралась куда-то на бок. Неохотно убеждаясь в этом, Опиум повернула голову назад и перечитала все серые пятнышки на соей некогда лоснящейся черной шерсти.
Выжимая из себя силы, кобыла устало подобралась к изгороди левады и, изображая страдальческое лицо, слепо уткнулась носом в одну из балок. У нее бы ни за что не получилось бы перемахнуть через ограду, даже если хорошенько набраться сил. Постояв немного так, она не торопясь, двинулась вдоль ограды, вполне логично предполагая, что таким способом непременно выйдет к калитке, а там и до знакомых мест рукой подать.
Судя по всему, внутри ограды никого не было. Слегка насторожившись из-за этого, она даже приостановилась снова, внимательно оглядевшись.

Отредактировано Опиум (2010-08-30 12:14:18)

0

10

Старый конюх шёл как всегда рядом с тобой, тихо что-то шепча, и иногда взмахивал руками, будто что-то вспоминал из прошлого. Ты уже не замечал этого, привык за долгие годы стояние на этой конюшне, где произошло много всяких событий. Здесь ты нашёл троих хозяев, которые через некоторое время продавали тебя, вот сейчас именно такое дело, ты продавался уже в пятый раз. Главный на этой конюшне человек отдал тебя в прокат, но под присмотром некого берейтора на всю конюшню, ведь тебе давали детишек. Тебе они не очень нравились, но терпел их присутствие на своей спине, но только на корде, а если отпустить их с корды, то через некоторое время ты начинал козлить.
Ты помахал головой, отгоняя плохие мысли, и посмотрел вперёд, а вы всё шли по тропинке. Эх, хочется сорваться в галоп и нестись, но твой давний друг мешал этому, да и так ты бы ему никогда не причинил бы зла, ты уважал его, а он тебя. Кофф осматривал место, здесь были еловые деревья, пахло хвоей, ты любил этот запах сильнее всех остальных.  Увидев вдали упавшее дерево, тебе вдруг вспомнилось одно происшествие, которое изменило твою жизнь навсегда. Когда были соревнования по конкуру, ты там тоже участвовал один из ахалтекинской породы, другие были тракены, ганноверы и другие породы. Ты прыгнул неудачно седьмой барьер, ты не помнил падение, а запомнил страшную, мучительную боль в левой ноге, не мог встать. Оказалось, что был перелом ноги, но не страшный и через год ты начал спокойно ходить гулять в левадах под присмотром , гулял в руках, верхом никто не садился несколько месяцев. Потом начали заниматься верхом на тебе не долго, меньше часа, так ты постепенно возвращал себе форму, но конкур теперь был только до метра.
Леффе начал махать головой, привставать на дыбы, вспомнив эти моменты, конюх начал отдёргивать жеребца, потом похлопал по шее, по морде, дал сухарь.
-Тихо малыш, ничего страшного не случилось. -произнёс он ласково.
У коня были широко раскрыты глаза, нервно дышал, широко раздувая ноздри, уши были торчком. Конюх ещё раз похлопал по шее и повёл тебя дальше, а ты больше не стал вспоминать тот ужасный день.
Вы шли ещё минут десять, и вдалеке ты увидел очертание левады. Загугукав, ты пошёл чуть быстрее, поторапливая медленного конюха. Скоро к твоим ноздрям прилетел запах кобылы, и довольно свежий, но кобыла была не в охоте, поэтому не особо интересовала тебя. Ты её не видел, но хотел, просто так. Через пять минут ты увидел собственно ту персону, которую ты хотел видеть ранее, она стояла около левады. Конюх открыл левады, не посмотрев на лошадь, которая стояла в метре от него, словно её не было, но, запустив тебя, он кое-как загнал кобылу тоже в леваду, без всяких эмоций, не спрашивая мнение кобылы.
Кофф поднял высоко голову, пошёл медленной рысью вдоль забора, а потом остановился и начал валяться.  Твоя изабелловая шкура стала вмиг серо-черной, кое – где можно было увидеть зеленоватые пятна от травы, но они были не большие. Ты представил, как старый конюх будет ругаться на твою персону, что ты не ценил его работу и т.п. Встав, конь начал щипать траву, шевеля ушами, чтоб, если что услышать шаги незнакомки.

+1

11

«По-моему некоторые люди чрезмерно упрямы и самонадеянны».
Так думала про себя всем и всеми недовольная Опиум, когда впервые увиденный е. человек спокойно, ничего не утруждаясь объяснить или вообще сказать, вел ее к леваде, как какую-нибудь прирученную конюшенную лошадку. Это было неразумно с его стороны, Опиум могла бы ему как следует наподдать, непокорно взбрыкнуть, да так, что мало бы ему не показалось, но, пребывая в таком скверном настроении, она очень скоро одумалась от этой мысли. Слишком уж это хлопотливо.
Хотя, когда человек приблизился к ней, кобыла почти совершила резкий рывок в сторону, ноздри ее успели широко угрожающее раздуться, но почти в ту же секунду нарастающий гнев сменился на былое безразличие, Опиум тут же сделалась кроткой и послушной. Послушание это было далеко от фанатичного, охотливого, которое обычно порождалось любовью к человеку, скорее всего, послушание ленивое и вынужденное, которое некоторые люди сочли бы оскорбительным. Так и было нужно – как бы там ни было, она все же должна намекнуть хоть немного глупому конюху на то, что она с ним не согласна. Совсем чуть-чуть. Малость.
Чуть ранее до того, как ей пришлось связаться с этим человеком, Опиум все же успела разглядеть пришедшего к леваде незнакомца, который, честно признаться, не вызвал у нее ни хоть каких-то там положительных эмоций, как и желания подойти и познакомиться. Наоборот, она бы не прочь была бы излить на нем всю накопившуюся в ней желчь и злость, которая выпала осадком в ней после всего пережитого за день. Только и искала любого несчастного, а он и сам явился к ней почти при первой же мысли.
Не подавая виду, ахалтекинка лениво и не спеша прошла мимо него, как будто бы не обратив внимания, но в тайне таки бросив на жеребца пару беглых взглядов. Ей нужно было хоть немного догадаться о том, каков этот типчик. Если наброситься на него со своей злостью, то неизвестно, какая выйдет реакция. Если ей так удачно попался какой-нибудь наивный романтик, уже успевший влюбиться по уши с первого же взгляда, то не может быть ничего лучше. Если апатичный и безразличный ко всему, то можно рассчитывать и на то, что во время всего вашего с ним столкновения он не проронит ни слова, а это уже не особо интересно. Ну, а если какой-нибудь вспыльчивый гордец… Тогда жди перепалки, перебранки, а то и драки. А что? Покажи ему.
На этом, увы, варианты не заканчивались. Есть еще столько темпераментов и тонкостей, которые просто невозможно предусмотреть заранее.
Опиум нетерпеливо дожидалась, пока человек полностью скроется из поля зрения, и когда это случилось, она шумно, сладко зевнула, предавая своему усталому лицу новой свежести, как будто только что хорошенько выспалась. Недобрая улыбка заиграла на ее морде,
- Как скучно. Этот просто пришел травку щипать, - в сторону процедила она сквозь зубы, как будто адресовывая это замечание кому-то из своих подруг, но, как всем здесь прекрасно известно, рядом никто не мог здесь находиться.

Отредактировано Опиум (2010-08-30 12:39:01)

+1

12

Ты щипал траву, иногда взмахивая хвостом и ударяя им по крупу, можно сказать, что это привычка. Трава была уже не такой сочной как раньше, чуть суховата и мокрая, недавно шёл дождь, но это ничуть не мешало тебе. Где-то вдалеке засвистела птички, позже к ней присоединились ещё две или три,  получался некий птичий хор. Ты закрыл глаза, поднял голову и тупо стоял и слушал голоса птиц, как будто те пели о тёплом лете и приближающейся осени, а может о другом. Ты не знал, но нравилось птичье пение, поэтому ты отключился и слушал молча, забыв даже о кобыле, которая находилась рядом.
Человек уже ушёл, значит, часа три ты будешь торчать здесь, а может и больше. Кофф услышал приближающиеся шаги, быстро открыв глаза, он посмотрел на незнакомку и скривил губы в усмешки. От кобылы исходило раздражение и злобность, но с тем же и усталость. По твоим губам расползлась скверная улыбка, в ум поползли нехорошие мысли, лучше их вообще не называть. Жеребец переместился в другое место, но тут же услышал шепот кобылы, он звучал немного злобно, но конь уже этого не замечал. Он услышал только несколько обрывков.
-  Скучно…. Пришёл.
Ты прижал уши к голове, то есть окрысился, но не в сторону незнакомки, а так, чтоб она не видела этого жеста. Ты не знал, что именно сказала она, но понял что про тебя, а это не хорошо. Наверняка кобыла ждала каких-то действий с твоей стороны, а может быть, потом бы и набросилась на тебя, а ты просто стоял. Потом прошёлся вдоль забора, краем глаза кое-как разглядел незнакомку, она была тоже текинцем, как и ты. Кофф фыркнул и прошёл в самую даль левады, но был на стороже, а то вдруг что на уме у этой персоны. Если бы она кинулась, то ты бы не стал драться, хоть и любил, хотя… Смотря как кобыла бы кинулась на тебя, с каким размахом и злостью, точность ударов и т.п. Она была чуточку грязной, поэтому она либо валялась, либо куда-нибудь упала. Ещё одна усмешка и безразличный взгляд на текинку, которая явно что-то затевала, может даже и недоброе в твою сторону. Ну что ж, ты был готов ждать любых действий с её стороны, даже самых агрессивных, будет весело тогда.
Ты не собирался сейчас подбежать к ней, прыгать на месте и задавать море разных и глупых вопросов, ты не молодой жеребёнок и не такой глупый. Не любил вопросы «привет, как зовут тебя?», «как дела?» и т.д., они глупые эти вопросы, просто для глупцов. Ещё раз, быстро пробежавшись взглядом по телу текинки, ты облокотился об забор и тупо смотрел на ель, вслушиваясь в песни птиц. «Что же ждать от тебя, а ? Мисс Загадка» Усмехнулся ты.

0

13

«Ну вот. Так даже не интересно» - слегка расстроилась ты, увидев показное безразличие жеребца и его невозмутимость. Возможно, стоило произносить те слова чуть громче и четче, видать, малость не рассчитала. Но тогда это все даже странно – незнакомец как будто уже наперед знал намерения Опиум и действовал таким образом, что сводил все ее планы и  старания к нулю. Абсолютному нулю.
Изначально Опиум самонадеянно предполагала, что фраза, достигшая ушей жеребца, непременно вызовет в нем волну возмущения, и он сам сделает за нее всю работу – подойдет, нагрубит, а она подхватит. Но складывалось все так, что она должна была снова подбираться к нему, снова пытаться вызвать в нем хоть какие-то эмоции и хотя бы малый интерес к себе, если конечно хитрец снова не отойдет от нее на другой конец левады.
- Вот упрямец, - раздражаясь, буркнула она, отводя морду в сторону. Губы едва ли слушались ее, дрожа от возмущения и даже от оскорбления. Опиум с ужасом заметила за собой, что ее действительно немало задело такое отношение к себе.
«Отлично. Стоило пойти хоть немного чему-то не так в моем плане, и на тебе».
Не стоило думать об этом, тогда бы на нее не нашла эта внезапная тоска. Так глупо захлестнувшая ее обида чуть не вылилась наружу со слезами, которые ты так старательно сдерживала, с большим трудом и только благодаря слаженной работе неутихающей злости и голосу гордости.
Неизвестно, заметил ли эту слабость незнакомец, но еще одна секунда, две, и ее не стало. Только появившаяся во всем ее поведении неуверенность говорила о том, что все же что-то оборвалось в ней, уязвлено.
Упрямо кобыла зашагала к незнакомцу, уже не так уверенная в своих силах и в справедливости своего глупого решения ни с того не с сего нападать на кого-то. Но на полпути она вдруг остановилась и низко отпустила голову, по-дурацки шевеля губами над травой, правда, так не разу и не ухватившись ни за одну травинку – просто сделала вид, что не имела никаких намерений, что просто гуляет и что более никто вокруг ее не интересует. Внезапно увидев себя со стороны в тот момент, когда она решила переиграть, она обнаружила свои действия неправильными и несогласными с ее обычными принципами и правилами. Более того, гордость все это время люто протестовала, и на то были причины.
Теперь наврядли мы вообще еще раз столкнемся. Так и будем порхать друг от друга, не обмолвившись ни одним жалким словечком. Придется переждать, а злость, если донесешь ее дальше, выместить на ком-нибудь другом, верно?
- А-а, ну и отлично, - обиженно протянула она, так спонтанно и неожиданно для себя, что даже не успела согласовать это действие ни с гордостью, ни с чем-либо еще. Узнать собственный голос она смогла едва, от чего-то он дрожал и, кажется, все это время она до сих пор удерживала слезы обиды, - Подумаешь, запнулась, упала… ну неопрятно конечно, - хоть и сама знала, что дело было вовсе не в пугающей внешности, - Ну и убегайте, давайте,- закончила она, и последние слова уже бросала незнакомцу, поворачивая к нему голову - развернулась к нему спиной.

+1

14

Ты ждал действий от незнакомки, можно даже сказать реакцию на твое поведение, что и получил через несколько минут. Твои губы разошлись в некой улыбки, которую ты не ожидал от себя, да и ладно. Ты повернул голову в левую сторону, посмотрел на кобылу, хоть было и нечётко видно, ведь ты далеко стоял от неё, но увидел на её морде расстройство, а может и почувствовал. Но бежать и сочувствовать ей или делать другие действия ты не собирался, не твоё дело и нечего влезать, может она специально так делает, чтоб ты подошёл. Кофф фыркнул и опустил голову вниз, несколько раз схватив траву и пережевав её, он посмотрел на текинку. Её поведение завлекло тебя, хотелось подойти спросить имя, но так же не хотелось быстро сворачивать этот спектакль, хотелось продолжения, и ты был готов ждать.
В лесу закричала ворона, её голос быстро разносился по всей окрестности, а ты поднял голову вверх, к небу. По небу плыли облака, разного цвета и формы, летали ласточки, громко переговариваясь, друг с другом, учили молодняк летать, дорога будет у них трудной. Опустив голову, раздался громкий тяжёлый вздох, одно ухо отведено назад, а второе стояла на стороже, чего-то очень не хватало. Подняв голову ещё раз, стал наблюдать за облаками. Вот одно похоже на голову собаки, это облако расползлось и теперь это напоминает дерево, большое и пушистое, ты расплылся в улыбке.
Отвлекло тебя от этой красоты шаги кобылы, голова сразу же повернулась в сторону шума. Чёрт, не надо было этого делать, просто бы не обратил на это внимание и проследил бы краем глаза. Ты от недовольства топнул передней ногой об землю и окрысился, но быстро пришёл в себя, сделал нормальную морду. Текинка остановилась в нескольких метрах от тебя, опустила голову вниз. Ты наблюдал, но она не ела траву, а делала вид, смешно выглядело, но ты сдержал смех, тебя выдали сдвинувшиеся уголки губ, а так...
Кофф начал чесать морду об забор, но уши были "настороже" вдруг что. Ты прекрасно понял, что идея напасть на тебя уже отвалилась от кобылы, поэтому можно было немного расслабиться, хотя был ли ты напряжён? Конечно же нет, было немножко всё равно, что с тобой произошло бы, ты был уверен в себе и в своих силах. Незнакомка начала издавать какие-то звуки, ты прекратил чесаться и теперь просто стоял, опустив взгляд в траву.
- Ну и убегайте, давайте.
Чётко услышал ты. Подул ветер, ты загугукал, был крайне недоволен им, хотя это немного остужал зной, который с каждым днём всё слабее и слабее был. Жеребец улыбнулся просто так. Тебя волновало, с кем это общалась та кобыла, сама с собой? Хотя фразы были адресованы тебе, ведь она посмотрела на тебя, но после повернулась крупом к тебе. Может, она была обижена на кого-то, а злость хотела выпустить на тебе? Может быть, но ты не собирался влезать в её проблемы, если она сама не скажет о них. Тебе не понравилось, что незнакомка повернулась к тебе задом, но подбегать и пнуть её ты не собирался, будет не вежливо нападать со спины. "Надо ещё раз привлечь её ко мне." - подумал ты. Поэтому набрав побольше воздуха в грудь, ты издал некий звук:
-Беееееееффф.
Леффе отвернул голову от текинки и начал есть траву, но потом повернулся к ней, сделал пять шагов к кобыле. Издав ещё раз странный звук, начал есть траву, поглядывая на текинку. "Глупый я, подумает ещё, что я чокнутый. Может это и к лучшему?"

+1

15

Можно было и не поддаваться эмоциям. Даже они не возымели должного действия на отношение незнакомца, он не сжалился, но и не сделал так, как сказала ты. Но все равно, обидно. Все прошло даром, и Опиум стало только стыдно за себя и за свою вспыльчивость, за те слова, что разорвали это их обоюдное молчание. Из этой игры, которую они, не сговариваясь, затеяли между собой, она вышла проигравшей. Но есть еще второй раунд, и ты неуверенно принимаешь и в нем участие.
А, говоря на чистоту, она едва ли удерживалась от того, чтобы не самой перебраться на другой конец левады, лишь бы не видеть упрека свой глупости в его лице – эта улыбка. Или у тебя просто слегка разыгралось воображение, может, он и не улыбался на самом деле, могло подкачать слабое зрение, между ним и тобой еще немалая дистанция.
Но не стоит обманывать себя. Тебе интересна эта личность, ты даже по-своему заворожена им, в сердцах безмерно восхищаешься и преклоняешься его манере держать себя и вести себя с такими наглыми и неумелыми злоумышленниками, как ты. Но это в сердцах. А так она убеждала себя в том, что всем своим существом презирает этого хитрого типа и все еще будет пытаться навредить ему, теперь еще и с двойной силой, и за те события, что так расстроили ее недавно, и за то, что он такой.
Пока не решаясь на новую попытку подобраться к нему, да и потеряв всякую надежду на то, что она хоть сколько-то его интересует. Опиум действительно принялась за траву, с досадой отметив про себя, что она совсем не голодна, но вынуждена хоть чем-то занять себя, чтобы не тешить самолюбия незнакомца своим назойливым вниманием. Она не чувствовала вкуса этой чахлой травы, ей было наплевать на то, что она слегка отличалась от луговой травы.
Странный непохожий ни на что звук мгновенно достиг ее ушей, и Опиум с готовностью подняла голову и зарыскала вокруг глазами. С готовностью потому, что она только и искала себе новое занятие, но кто бы мог догадаться, что это снова проделки хитрого жеребца. Опиум оскорбилась, угрожающе заложила уши, пристально наблюдая за тем, как незнакомец преспокойно щиплет траву, но все же поглядывает на нее, не то усмехаясь, не то проверяя. Такой способ привлечь к себе внимание был до того странен, но и прост, что самое время было себя упрекнуть в том, что сама до этого не додумалась. Но все же недоумение не сходило с ее морды, как и видимое раздражение. Теперь он сам подбирался к ней.
«Перемена ролей?» - с удовольствием про себя подумала она, незаметно усмехнувшись, и, как бы поступил на ее месте он, безразлично повернулась к нему боком и продолжила щипать травку. Совершенно точно, он не пойдет ей дальше на поводу, остановится и все также сделает вид, что она его не интересует. Опиум дождалась этого и потом, приподняв голову, издала совсем другой звук, очень похожий на пение птички,
- Тики-тики-фью, - и, как будто проследив взглядом за этой самой птичкой, плавно подняла голову к небу, долго вглядываясь в голубую бездну.

0

16

Ты получил то, что хотел, а именно взгляд текинки, надо было лучше рассмотреть её. Текинка сразу же окрысилась, но самое главное, что она смотрела в твою сторону, а значит, этот трюк подействовал. Ты улыбнулся кобыле, ты не знал, увидела она это или нет, это была простая улыбка, без всяких фокусов и проделок, настоящая улыбка. Ты на миг застыл с этой улыбкой, был со стороны похож на идиота, придя в себя, ты повертел головой и встал прямо, смотря на небо, а про себя ругал за такое поведение. Всё - таки в твоей душе жил маленький жеребёнок, который всему радовался, удивлялся и был глуповат, а жеребёнка прикрывал старый конь, ворчливый немного, можно сказать мудрый, рассудительный и понимающий. В твоём теле совмещались старый конь и молодой жеребёнок, ты их изображал в своём существовании, характеры обоих смешались, поэтому ты такой непонятливый со стороны.
Кофф тяжело вздохнул, потом, выпятив грудь вперёд, сделал шаг, потом второй и стал идти вдоль забора. Каждая нога легко поднималась и опускалась, это была не гордая походка, а твоя обыкновенная повседневная с которой ты родился девять лет назад. Грязь на твоей шкуре уже подсохла, казалось, что она стягивала кожу, поэтому, подойдя ближе к забору, стал боком чесаться, тем самым, счищая с себя грязь, но след остался. Хвост хлестнул по крупу, и ты стукнул ногой по траве. Ты уже был чуть ближе к незнакомке. Леффе  посмотрел ещё раз в сторону выхода из левады и лёг, просто так, может, чтоб отдохнуть.
Подул ветер, сильнее, чем раньше, твоя грива шелохнулась, чёлка перекосилась, но в глаза не попала, ведь она была подстрижена до глаз. Через минуты две стало моросить, подняв голову вверх, увидел, что это сделала маленькая чёрно-серая тучка , которая быстрыми темпами уходила прочь, но на миг остановилась, поэтому ты и текинка мокли, если можно так сказать, под моросью. Ветер подул ещё раз, и туча уползла дальше, поэтому сейчас светило солнце, которое иногда скрывалось за облаком. Птицы пели, но уже не так громко как раньше, позже ты их увидел, они пересели на дерево ближе к леваде, смотрели в леваду, а может, и нет, они были маленькими, и ты не особо видел, куда они смотрели. Им везло, они могли летать, куда захотел туда и полетел, они бывают на юге, далеко от этого место и скоро они станут собираться стаями и улетать отсюда, а ты останешься тут. Будешь катать этих мерзких детишек и тёток, слушая в свой адрес и одобрение, и упрёки. Ты окрысился и издал какой-то тоненький недовольной звук и посмотрел на кобылу, которая всё ещё щипала траву, ты отвернул голову.
- Тики-тики-фью
Раздалось и ты резко повернул голову и посмотрел на незнакомку, явно, что это она произнесла, хотя очень похоже на птичий, но отличалось. Ты улыбнулся уголками губ и взял траву губами, пережевав её, встал и отряхнулся. Твоё поведение было странным для тебя, ты бы сейчас подошёл к ней, сказал, что очень хорошо, но ты остался на месте. Жеребец ещё долго собирался, тупо вглядываясь в траву, а потом стал шагать в сторону незнакомки, когда осталось три метра до неё, то он остановился, как вкопанный и опустил голову вниз. Ты сделал ещё один шаг, на этом остановился и стал тоже смотреть в небо, завидую птицам, которые летали.
-Небо, птицы. -протянул ты тихо, слова вырвались из губ..
Ты не знал, что будет делать кобыла, но в конце ты прищурил глаза и посмотрел на неё хитрым взглядом. «Ну что, начнём разговор или будем топтаться?»- ты ухмыльнулся.

0

17

«А давайте еще потопчемся, Вы не против?»
Моросящий мелкий дождик не торопился омыть твою грязную пыльную шерстку, так и хотелось, так и надеялась, что вот-вот он перерастет во что-нибудь посерьезнее, но непогода так и не разошлась, наоборот, дождь закончился так быстро, что грязь на боку и копытах только стекла чуть ниже. Опиум решила не оставлять этого вот так, а во что бы то не стало очистить шкурку. На какое-то время она позабыла о таинственном незнакомце, полностью погрузившись в проблемы личной гигиены. Непонятно, как она вообще могла столько времени терпеть это, видимо, появление жеребца сказывалось на ее потребности в чистоте и она стремилась подать себя как подобает, не проронив достоинства, какие бы намеренья не имел он к тебе. Пусть даже самые скверные.
Оторвавшись от травы, Опиум неожиданно сорвалась с места, одним длинным легким прыжком преодолев расстояние в два метра, едва не натолкнувшись на своего безмолвного соседа. Тут то она и вспомнила о нем, и, быстро совладав с движениями, очень ловко и так по-жеребячьи резво развернулась в противоположную сторону, снова резво отскочив. Длинные стремительные прыжки последовали один за другим, она как будто ловила последние капли, падающие с неба, направляя их себе на спину. Еще больше правдивости придуманному образу предавал ее устремленный в небо взгляд и слегка приоткрытые от ожидания и радости губы. Когда дождь прервал ее игру, она, совершенно не смутившись от этого, не помедлив, глухо повалилась на траву и задрала копыта вверх. Трава, смоченная влагой, приятно прикоснулась к ее влажной шерсти. Опиум, забывшись, стала с сладкими вздохами ворочаться по земле. Жилка между головой и шеей красиво и рельефно заиграла в такт поворотам ее тела, влажная грива хоть и казалась теперь еще более редкой, хоть и слиплась, но только подчеркнула красоту ее лебединой шеи и узкого лба с маленькой белой звездочкой посередине. Ее никогда не было видно из-за челки раньше.
Последний раз, уже так лениво и неохотно повернувшись, она улеглась набок и затихла, словно уснула. Это не усталость, не блаженство, а лишь продолжение игры. Ты внезапно вспомнила о том, кто здесь все еще мог находиться (а, может, и ушел уже). Непонятно, в самом деле. Можно было бы поднять голову и проверить, но пусть хитрец немного побеспокоиться о ней, если это возможно, и подойдет к ней. А уж прикинуться неподвижной она сможет – ей все равно так приятно разлечься здесь. И почти не важно уже, стала ли чище от этого твоя шерсть, или все еще требует ухода.

0

18

Твоё тело стояло не подвижно по середине левады, около текинки, которая стояла и ела траву, но она «отдала» свою спину мелкому дождю. Снова улыбка на морде и ты теперь целостно смотрел на кобылы, не то что бы сверлил её взглядом, а просто стоял и наблюдал, иногда уводил взгляд. Когда ты отвернул голову, чтоб зубами пройтись по своему боку, то в метре от себя увидел тело ахалтекинки, которая чуть не снесла тебя с ног. Появился лёгкий испуг, но на морде это никак не отразилось, просто внутри сердце бешено колотилось. Кобыла так легко прыгала, что ты был заворожён, но через минуту снова уткнулся носом в траву. Так, это знакомство становится лучше, чем ты предполагал сначала. Ты думал, что ещё одна лошадь подскачет к тебе, сделает весёлые глаза, оттопырит губу и начнет мило задавать вопросы, а потом предложит поиграть, глупо скакать вдоль забора и пятнать тебя за холку. От этой мысли ты скривил губы и зажмурил глаза. Нет, конечно же, ты любил побегать, можно ещё и в паре, но носиться с лошадью, которая на шесть лет младше тебя ты не хотел. Конечно же, эта текинка не была такой, да и возраст ты её не знал, но она точно не была глупой двухлеткой, у которого шило в одном месте. Кофф пару минут любовался на вороную кобылу, как он заметил ранее, а потом сдвинулся с места и стал идти рысцой вдоль забора. Эта игра стала заманивать его, волновать и радовать, а оказывается, играть в молчанку не так уж и плохо, завлекало.
Ты пробежал одну длинную стенку, немного задрав хвост, и теперь напоминал араба, хотя таким и не являлся, поэтому часто злился, если не опытные люди орали «смотри какой арабский скакун!», это говорили в основном дети, которые пришли размять попку на твоей спине. Вспоминая, как толстая тётенька взбиралась на твою породную спину, ты сжал зубы и оскалился, прижав плотно уши к голове, прибавляя темп к рыси. Ещё пару движений и ты пошёл плавным галопом, особо не напрягаясь, самое главное было, чтоб нога не заболела, хоть ты уже и прыгал и скакал, но боялся той мучительной боли, которая была три года назад.
Эх, тебе бы молодость, когда мог так быстро бежать, что глаза слезились от потока ветра, когда ноги начинались путаться от скорости, когда люди любовались и готовы были отдать все деньги за этого скакуна. Но времена меняются, время ускользает и уже не возвращает былые времена, да и люди становятся всё привередливее, типа подавайте им уже обученного жеребца с самым добрым характером и нравом. Фу, это мерзость, так не бывает. Хотя есть забитые прокатные лошади, которые живут в ужасных условиях, копыта отросли больше некуда, спины стёрты, ноги болят и недоедают, ты знал эту жизнь, не хотел окунуться в неё. Жеребец заржал и пошёл чуть быстрее галопом, но он не привлекал внимания кобылы, а просто разминал свои ноги, которым явно надоело стоять.
Но потом тебя поразила мысль, и ты резко остановился. Переведя взгляд на кобылу, и радостно улыбнулся, поняв суть своих мыслей. Ты повторил за ней прыжки, притом вытягивая задние ноги, что чуть тебя не подвело, и ты не упал, ещё бы чуточку и лежал бы на боку. Жеребец, пока кобыла валялась и явно не смотрела в твою сторону, подобрался к ней, расстояние было такое же в три метра. Ты лёг и тоже начал валяться, прищурив глаза, наблюдал за текинкой. Перевернувшись ещё пару раз, ты застыл, незнакомка была к тебе спиной, поэтому увидеть тебя не могла, если только не повернёт голову или встанет на ноги.  Хотелось посмотреть на эту красавицу со спины, да и так же ждать ответа на эти действия с твоей стороны. «Тебя тоже завлекает эта игра в молчанку? Мне она нравится, но мне хочется услышать твой голосок»- обратился ты к кобыле мысленно, но понимал, что она не услышит. Ты просто лежал.

0

19

Было так спокойно и тихо. На первое время. Беспокойство охватило ее очень скоро, по мере того, как проходило время, но никто не появлялся рядом. Опиум готова была очень расстроиться, ведь, как же так? Она уже довольно отчетливо увидела в своей душе симпатию к этому незнакомцу и не отрицала того, что просто-напросто поддалась на его своеобразную магию. Повелась, как молоденькая ветреная кобылка из тех, что бегают дружными группами от одного жеребца к другому, повыше задрав хвосты и доставая надменно своими носами чуть ли не до небес. От такого пугающего сравнения и одной мысли о том, что она могла бы ввести в такое глубокое заблуждение о своем возрасте незнакомца, ей вдруг стало стыдно за себя. Просто Опиум, к великому сожалению, не видала за своей спиной во время скачки, что он бегал рядом с ней, так же резвился и даже не отказал себе в непозволительном удовольствии покататься по траве.
И вот она лежит тут, уже давно открыла глаза и не пыталась притвориться. Если уж еще есть надежда на то, что он подойдет посмотреть на не, так пусть уж получает не очередную игру, а всю правду – «да, я жива, все в порядке». За этим бы обязательно последовала ее улыбка, полная искренности и радости, она бы встала перед ним и сказала бы что-нибудь в таком духе – «Я так боялась, что мы с Вами так и не узнаем ничего друг о друге». В томительном ожидании она искусала себе нижнюю губу, и почувствовала уже не удовольствие от такого бесполезно лежания, а одно неудобство. А еще у нее затекало одно копыто, а по боку, однако, полз какой-то особо наглый субъект. Жук, стало быть. Вот мерзость.
Ей все время казалось, что кто-то дышит ей в уши. Так странно. Возможно, она так исказила обычные ощущения от поддувавшего ей в затылок ветра, а, может, действительно особо остро чувствовала даже отдаленное дыхание жеребца, который таки лежал прямо за ней. И она, конечно, об этом не знала.
Еще разок прикусив разболевшуюся и уже опухшую, Опиум снова почему-то задумалась о группе юных девиц. Где она уже видела эту картину? Она не могла помнить, ведь ее воспоминания ушли, она не могла вспомнить даже самых ближайших произошедших с ней событий. Что уж говорить о далекой юности. Бедные, бедные мои воспоминания. Я не могу знать ничего – откуда я родом, живы ли мои родители, есть ли любимый, дети, кто я и в чем цель моего пребывания здесь. Ничего не вспомнить. А ведь может оказаться и так – родители где-то здесь, в конюшне, и каждый день с тоской наблюдают за дочерью, которая ни разу не взглянет на них и не пожелает доброго утра. Любимый тоже где-то неподалеку и воспитывает ее собственных детей на пару с какой-нибудь молоденькой «акушеркой». Она – какая-нибудь знаменитая на весь мир звезда выездки, и вот-вот на днях состоится ее очередное выступление, но никто не может найти звезду, которая, оказывается, гуляет не пойми где.
Это было даже смешно. Даже не зная о своем прошлом, она с уверенностью отвергала этот возможный вариант. И что за привычка сгущать краски и ждать только худшего? Родители где-то далеко и никогда не вспомнят о красавице-дочке, у нее нет никаких воздыхателей и тем более детей, а сама она – нахлебница в этой конюшне, и нет человека, который взялся бы за ее талант и охоту к выездке. Это звучит более правдоподобно.
А что же те кобылки собственно? А ничего. Они все также гуляют маленькой кучкой, почти летят над землей в своей легкой, преисполненной грацией рыси, повторяются холодными и безразличными перед молодыми жеребчиками, но каждая из них горит и страстью, и желанием остановиться и познакомиться. Что за картина? И почему так настойчиво лезет в голову?
Опиум, едва совладав со своими ослабевшими от лежания копытами, поднялась и, бросив случайный, хмурый взгляд в сторону от себя, прямо таки обомлела, и так и осталась стоять с не до конца разогнутыми передними копытами и опущенной головой.
- Ой, - невпопад сорвалось с ее языка. Кто бы мог подумать – он все это время был рядом, опять таки, перехитрил ее. Ты стояла и не знала, восхищаться ли на эту его ловкость и хитрость, или злиться на нее же, а может снисходительно улыбнуться и действовать по старому плану? Уже как-то не идет с уст эта фраза, но улыбка – это всегда пожалуйста. Сконфузившись, Опиум смущенно улыбнулась, но дальше не спешила снизойти до чего-то большего. Если уж с треском проигрывать его остроумию, то хотя бы смягчить свою неудачу маленьким торжеством гордости. Ты развернулась и прыжками отдалилась от жеребца, оказавшись у одной из сторон изгороди. На этом месте ты тюкнулась носом в одну из балок, как будто расстроившись от мысли, что дальше ей не убежать.

Отредактировано Опиум (2010-09-01 06:13:56)

0

20

Ты ощущал, как тяжесть твоего тело давило на один бок, ты никогда так долго не лежал на боку, ладно там на животе в деннике, но не на улице. Ты прикрыл глаза , на миг всё потемнело, и ты улыбнулся. Ты прекрасно чувствовал, как сырость уже пропитала твой один бок, а за сыростью пошёл холод, хоть сейчас и светило солнце. Открыв глаза, ты посмотрел вперёд, забор казался таким высоким, а ты таким маленький, что на секунды задумался, не уже ли ты маленький. От этой мысли захотелось вскочить и проверить, и ты бы так и сделал, но текинка остановила тебя, поэтому, опустив голову, ты лежал на сырой траве. Ты старался дышать не сопя, чтоб кобыла не услышала твоего дыхание хотя бы ещё пять минут, хотя в душе говорил, чтобы она поскорее встала. Нет, она продолжала лежать, но было явно видно, что и ей это лежание не доставляло особого удовольствия, как собственно и тебе. Ты ощутил, правда не зная как, что одна из ног чуть дёрнулась у текинки, означая, что она затекла. «Ладно, ещё немного и я встаю». Тебе хотелось дождаться окончании этой безобидной игры, но тут ещё почему-то стала ныть сломанная когда-то передняя нога, которая лежала полностью на траве. Ты готов был терпеть и эту муку, лишь бы закончить игру, но ты был не очень-то терпелив, поэтому если нога болела бы больше, то ты, конечно же, встал, а пока ты просто выжидал. Ты смотрел одним голубым глазом в небо, где всё так же беззаботно летала группа ласточек, выделывая разные элементы, иногда кричали и поднимались выше. Кофф наблюдал за птицами, но потом смотрел на прекрасную спину текинки, которая всё так же лежала перед тобой в трёх метрах. Ты хотел уже встать, но тут кобыла сама приподнялась и посмотрела на тебя. Ты тоже встал и сел на зад, тупо смотря на незнакомку, ещё не полностью поняв, что ты сидел, да и вообще поднялся с травы.
- Ой
Ты тоже чуть не сказал "ой", может быть, просто бы повторил за кобылой, но вовремя сдержал слово губами. Жеребец встал, отряхнулся, бок был мокрым, а это тебе очень не нравилось, очень. Кобыла смотрела на тебя некоторое время, а потом, улыбнувшись, опять упрыгала от тебя. Ты немного расстроился, может быть, дело в тебе? Может, ты плохо выглядел или как-то смутил своим поведением? Нет, нет, нет этого, не могло быть. И почему это ты стал задавать себе такие глупые вопросы?
Ты снова потряс головой и подпрыгнул вверх, приземлился и понял, что нога всё ещё не прошла, да ладно уж до неё, сейчас главное кобыла, а ногой займётся конюх. Ты для начала пробежался медленным галопом вдоль ограждение, прыгнул что-то невидимое и побежал дальше. Леффе перешёл на рысь, подняв голову, и стал наблюдать за текинкой, потом он остановился. Собравшись, можно так сказать, с духом, ты стал приближаться к незнакомке. Сердце от чего-то стало бешено колотиться, но во внешнем это не замечалось, только вот глаза бегали по всей леваде. С каждым шагом ты приближался к своей незнакомке, уверенно делая шаги, ты был уже серьёзно настроен на общение. Метр за метром, текинка становилась всё ближе и ближе, ты уже ощущал её запах, а у каждой лошади он был разным. Нервно сглотнув, между вами оставался метр, но ты подошёл к боку, поэтому, пройдя чуть левее увидел морду вороной текинки. Ты глупо улыбнулся, словно нашаливший ребёнок, хотел произнести фразы, да вот губы не могли оторваться друг от друга. Странно, ты растерялся на ровном месте, с тобой это бывало, но довольно редко. Ты сделал ещё один глубокий вздох и захотел сделать ещё пару шагов, но потом подумал, что у каждого должно быть личное пространство, поэтому сделал ещё один шаг и всё.
-Ну здравствуй, прекрасная загадка.- сказал ты уверенно.
Чёрт, услышав, что ты сказал, тебе хотелось провалиться сквозь землю от такой фразы. Тебе было не уютно, ты не знал что надо было сказать, все фразы и мысли в твоей голове перемешались и куда-то забылись, поэтому ты сказал даже не задумавшись. «Чёрт, вот я дурак, но надеюсь, она поведёт себя нормально по отношению ко мне». Хотя после такой фразы ты выглядел наверное романтиком, или другим каким-то конём, но ты не был таким. Всё, все мысли смешались в голове и ты даже не мог сформулировать их, просто сейчас смотрел на незнакомку.

0

21

Опять сомнительное тупиковое ожидание.
Ну почему снова ждать? Что же это за игра у нас с Вами такая. И к чему продолжать, когда же и так ясно, кто в ней силен, а кто не очень. Опиум неподвижно стояла все там же, у изгороди, ощущая неприятную влажность балки, к которой так некстати прислонилась носом. Когда она проделывала это незатейливое движение в первый раз, еще находясь по ту сторону ограды, дерево приятно грело и источала приятный солнечный запах. Опиум недовольно всхлипнула носом, но не отступила и не отпрянула от забора. Больше всего ее пугала не перспектива промочить нос, а простоять вот так вот еще очень долгое время, сколько и пришлось ранее пролежать. Но таковы эти странные правила игры, можно вынести это, покуда уставшие копыта не взноют от неподвижности. А пока…
Пока, чтобы было не скучно, можно оглядеться вокруг.
Как низко опустились серенькие тучи. Как будто их совсем уже нетрудно достать носом. Стоит лишь подняться повыше, да хоть бы устоять пару секунд на заборе, да и потянуться бы повыше, и тогда, быть может, сможешь узнать, какой вкус имеют эти пушистые облака. Может даже, те, что побелее приятнее на вкус, чем серые? Или нет? Ну никак не узнать, пока не дотянешься.
Какая коренастая маленькая сосенка, которую так заботливо обнесло изгородью люди, а не убрали с дороги, как обычно они привыкли поступать. Она смело высунулась на травянистую поляну, не боясь того, что отдалилась от старших высоких сосен. Те стояли чуть дальше, возвышаясь небольшим лесом, намного выше, сильнее, чем она. Уивтельно, как из такой малютки когда-то вырастет такое величественное дерево. И очень жаль, что Опиум вскоре совсем забудет и о сосенке, и о том, что думала о таких вещах. Если не забыла бы, то, наверное, еще пару раз навестила бы это место, чтобы собственными глазами увидеть это волшебное превращение, отследить судьбу маленькой сосенки.
Ну и, наконец, какие шумные эти птицы. Да. Стоило выглянуть солнцу, как они тут же залились своей неугомонной радостной трелью. Узнать бы, о чем они щебечут. Ведь нельзя же так шумно восхвалять солнце, даже при всей любви к теплу и потребности в солнечном свете. Опиум вглядывалась в пушистые ветви сосен и елочек, желая разглядеть крылатых певцов, но они так умело спрятались, что это занятие очень скоро оказалось бесполезным. Только одна пташка выдала себя, перемахнув с одной ветки на другую. Она шумно взлетела в воздух, стремительно пронеслась от елочки к елочке, надеясь, что никто не уследит за ней, но Опиум очень чутко отреагировала на хлопанье крохотных крылышек и с улыбкой всмотрелась вглубь хвои.
- Тики-тики-фью, - задрав губку, пропела она не своим голосом, в нем появилась какая-то хрипица, которая мало ее украшала. Больше она не имела возможности понаблюдать природу.
Он. Он…
Ты шумно, содрогаясь от волнения грудью, сладко вздохнула, когда звуки этого голоса коснулись твоего уха. Так близко, так близко. Опиум боязливо повернулась к незнакомцу, с ходу выдав свое волнение приоткрытыми губами, словно застывшими в попытке сказать о чем-то очень горячо и страстно. Если бы воздух был холодным, горячность ее дыхания непременно бы отразилась в нем паром, часто-часто вырывающимся из приоткрытого рта. Как она могла помышлять что-либо недоброе по отношению к этому прекрасному галантному незнакомцу? Хитрость и острый ум теперь виделись в ее понимании одними лишь его достоинствами, не осталось ничего, за что бы она могла его недолюбливать. Бесспорно, ты попалась на крючок и чувствовала к нему горячую пылкую страсть.
Может, давно пора? Сколько же ей уже лет? Если бы она находилась сейчас в охоте, возможно, еще заинтересовала такого взрослого и опытного джентльмена, а так он едва ли принимал ее всерьез, хоть и Опиум изо всех сил удерживала себя от того, чтобы без раздумий верить его тону и красоте произнесенной фразе.
- День добрый, - неуверенно произнесла она, растерянно и неумело склонив перед ним головку в коротком приветствии, - Почему? Почему же только сейчас? Вы меня, право, совсем измучили, - плаксиво добавила она, стараясь не смотреть на него, ведь эти речи действительно не имели большого смысла, он имел права не заметить этих слов. Забылись попытки и повздорить, и подраться, как будто она с самого начала, томимая тоской и тайной страстью, воздыхала и носилась за ним по всей леваде.
Опиум попыталась улыбнуться, представив мысленно такую забавную сцену, но вдруг совершенно ясно почувствовала, что не в силах сдержать неожиданные слезы. Она испуганно подняла на него свои глаза, полные испуга, как бы спрашивая одними ими: «Ой, что же это? Вы не знаете отчего?», и в то же время убеждала ими, что причина этих глупых слез не в нем. Но на самом же деле? Неужели она так растрогалась от одного обращения к себе, столь тактичного и галантного. Как странно Просто немыслимо.

+1

22

Ты чувствовал, что кобыла немного волновалась, но это было допустимо, ведь ты тоже был взволнован не меньше её. Ты ждал, что возможно текинка просто-напросто отвернётся от тебя и пойдёт в другую часть левады, но внутри ты надеялся, что она будет с тобой знакомиться. Ты хмыкнул носом, виновато опустил взгляд в траву, словно нашкодивший школьник, ждущий наказание от учительницы. Ты не знал этого поведения, поэтому через пару минут пришёл в себя и сделал довольно милое лицо, которое было во всё внимание, может только чуть, отдавало холодным взглядом, обычный взгляд, но с огоньком внутри. Ты сейчас уставился на кобылу, которая явно о чём-то думала и слышала твои слова. Ты с нетерпением ждал её голоса.
- День добрый
Ты склонил голову вниз, немного отдав корпус вперёд в знак приветствия, хвост немного бил об ноги, чуть выдавая твоё нетерпение и желание ближе познакомиться с этой персоной. Птицы продолжали петь, поэтому оторвав взгляд от текинки, ты посмотрел в сторону, где с ветку на ветку прыгали птицы, скорее всего были воробьи, которые делили корку хлеба. Странно, откуда здесь появился хлеб? Может быть конюх обронил, ведь в этой леваде были и другие лошади, а не только ты и эта незнакомка. Так же было интересно, домашняя она или дикая? На ней вроде не было недоуздка, да и гуляла она около левады, а может быть, она сбежала с конюшни? Кофф склонил голову на бок и тупо уставился на тело кобылы, изучая её телосложение, чтоб оценить её форму. Тебе показалось, что она была домашней, копыта не очень запущенны, но у мустангов они тоже нормальные, хотя ты их вблизи не видел, только издалека в прериях. Эх, свобода- свобода, как же она хороша, но и свободным тоже быть плохо, но это на твой взгляд. Ведь там нет нормального укрытия, пищи зимой мало и холодно в морозы. От этой мысли ты содрогнулся и отряхнулся.
- Почему? Почему же только сейчас? Вы меня, право, совсем измучили.
Кобыла произнесла это так печально, что ты даже удивился, ведь минут двадцать назад эта же кобыла была полностью злая, а тут на тебе. Ты приоткрыл рот от удивления и поднял переднюю ногу , крепко стоя на трёх ногах, но мигом принял нормальную позу. Ты посмотрел в глаза текинки, на них наворачивались слёзы, ты прекрасно понял, что она уже не сможет их сдержать, как тогда несколько минут назад.
Когда ты прикрыл глаза, то вспомнил своё прошлое, когда сложилась почти такая же ситуация, но намного сложнее, тогда перевозили твою любимую кобылу. Она так же смотрела, а по щекам текли слёзы, она обнимала тебя шеей, а потом просто ушла, её забрал человек. Ты стоял за той стороны левады, смотрел в след кобыле, пытался выпрыгнуть, но не хватало сил, да и забор был высок. Ты бился грудью, но всё напрасно, её погрузили в коневоз, и она уехала, больше ты её не видел. Стало так грустно, но до слёз тебе было очень далеко.
Но ты быстро оказался в настоящем, где перед тобой стояла незнакомка, которая смотрела на тебя испуганным взглядом со слезами. Ты не стал ничего ей говорить, просто подошёл и мордой прикоснулся к нее, а потом своим тёплым носом до её ганаш.
-Тише, не надо слёз.- прошептал ты ей на ухо.
Жеребец фыркнул в сторону, а потом потёрся нежно головой об её шею, успокаивал текинку, тебе хотелось нормально с ней пообщаться, да и жаль её тебе. Почему? Ты не знал, но сейчас тебе было приятно прикасаться к ней, чувствовать её тепло на своём теле. Но сейчас была задача успокоить её, да и приблизить её отношения к тебе.

0

23

Тебя привели сюда. Ты дышала тяжело. Голубые глаза искали выхода, но человек лишь отстегнул чёмбур и развернувшись к тебе спиной ушёл откуда вы с ним и выходили вместе. Ты опустила голову и зашагала по кругу, стараясь не придавать особого внимания тому, что рядом с тобой кто-то был ещё. В голове был полный бардак и ты старалась в нём разобраться. Последние события забылись, но восстановив цепь ты постепенно всё вспомнила и остановившись напротив изгороди посмотрела сквозь перекладины на молодые ели. Воздух пах солнцем и уходящим теплом. Этот год пролетал так же быстро, как снежинки зимним вечером, когда-то. Чёрные зрачки расширялись от наступающей темноты и теней от деревьев и здания конюшни. Слегка повернув голову ты поняла, что лучше сейчас не мешать кобыле и жеребцу, но почему-то ты почувствовала пустоту внутри, да такую, от которой всю свою жизнь бежала и чуть не упала в эту пропасть, которую люди называют сумасшествием. Пройдя ещё немного ты вновь остановилась и чихнув положила хрупкую на первый взгляд голову на перекладины. Голубые глаза были цвета неба и в них была видна вся глубина твоей души. Зрение почти восстановили. ты видела может и не очень хорошо, но видела, а не как года два назад. была полная мгла перед глазами, а всё та злополучная ночь и фейерверки и ты по чистой случайности оказалась где-то неподалёку от них, а люди не уследили за тобой. Переступив с ноги ты фыркнула и прикрыв глаза задумалась. Ты не верила самой себе и не верила в то, что сейчас можешь видеть тот мир, которого до этого просто не было. Ты умела исполнять дурацкие трюки людей и слушать мир и слушать ветер и шелест травы, но не знала, что это, а сейчас всё видно. Немного постояв так ты подошла к выходу и встала там, стараясь быть более незаметной и не мешать этой парочке. Наверное смешно видеть и смотреть на такую семилетнюю кобылу, которая как жеребёнок разглядывала всё, что было вокруг неё, даже тех же птиц и букашек, которые были совсем рядом ты разглядывала по пять минут и больше.

0

24

И правда, было чему удивляться. Видеть несправедливо упрекающие слезы всегда странно, но зато есть шанс в корне изменить ваше отношение друг к другу. Ведь, убеди Опиум незнакомца в том, что она с самого начала очень желала этого знакомства и не пыталась ни в коей мере покалечить его или нагрубить, тогда бы между ними не было ничего, что называют «преградами прошлого», от которых так неудобно сходиться ближе даже влюбленным.
- Не могу, не могу, - качая головой из стороны в сторону, повторяла она. Слезы как будто текли по щекам сами по себе, ведь на ее лице отразилось только удивление, которому не предшествовала болезненная и мучительная горечь. Может, она и не успела понять что-то, ее истинные чувства, движения души убегали вперед, а сознание кобылы не успевало за ними. Ты растерянно продолжала качать головой, глубоко задумавшись, но в то же время с волнением воспринимала невинные ласки жеребца – он всего лишь пытался тебя утешить, но, как всегда, Опиум добавляла к безобидному факту какие-то свои значения, так, что тот обрастал до невероятных размеров. Так и сейчас. Ей захотелось, чтобы этот жест со стороны незнакомца означал не только утешения, но и внезапный порыв чувств, так она и представила. Да будет так – с беззаботной улыбкой произнесла она в сердцах, весело тряхнув гривкой, и, боясь, что ее поймает кто-то за эту шалость, тут же бросилась в резвый бег. Тоже в сердцах, как вы понимаете. На самом же деле она едва ли могла бы даже сойти с этого места, на котором ее застал незнакомец. Может, оно волшебное, это место. И стоит от него отойти, как все вернется к обычному укладу – снова беготня, догонялки, молчанка. Ей и так повезло, что в голову так вот случайно взбрело подойти именно к этому месту.
Она уже не плакала, только тихонько притворно всхлипывала, для того, чтобы незнакомец все еще думал, что она расстраивается, и продолжал ее так трогательно утешать. Опиум вытянула шейку, благоухая от удовольствия, она ловила губами воздух, кажется, старалась найти вслепую его холку, а может, просто тянула, боялась. Боялась, совершенно точно. В один момент, как будто перестав валять дурака, она приблизила морду к его шее, мягко прошлась по ней до холки и неуверенно, боязливо заскребла по ней зубами. Правда, пришлось все же подступить немножко вперед, иначе не достать, но, кажется, от этого ничего не изменилось. Он никуда не исчезал, возможно, у него даже и в мыслях этого не было.
Кто-то еще оказался в леваде. Стук калитки передался по изгороди, так что, Опиум услышала не сколько шаги новой кобылы и человека, сколько «эхо», прошедшее по забору. Она тут же отступила прочь от жеребца, виновато взглянув в его лицо, потом сразу нервно заискала глазами новоприбывшую, уже примеряя на себе виноватую улыбку, с которой она взглянет на незнакомку, ставшую свидетельницей того, что случилось.
Собственно, к чему такие нервы? Какое тебе дело до того, кто что подумает о том, что увидел, да и увидел ли вообще? И какое дело прохожим до какой-то сомнительной парочки? До чего глупы были твои предрассудки и волнения – нужно было подумать об этом раньше. Опиум наконец нашла ту самую кобылу, но на ней уже не стало той улыбки, только монотонное безразличие и даже капля снисходительности, высокомерия, которое очень подходило ее лицу.

Отредактировано Опиум (2010-09-05 08:01:18)

0

25

Ты почувствовала на себе взгляд той кобылы, но не повернула даже головы в ту сторону, ты слышала, как она отошла от жеребца, ведь до того, как тебе и твоему взору открылся этот мир ты полагалась только на слух и на свои чувства. Голубые глаза слегка засмеялись, а сама ты улыбнулась как-то по-своему чисто и не фальшиво. Ты прошла ещё пару шагов и застыла на месте как скульптура. С ветки могучей старой ели, которая выделялась из всей толпы остальных елей, которые были маленькими и светло-зелёными на тебя капнула капля от чего ты шарахнулась назад и опять ушла в себя. По-скольку в детстве тебя не понимали или даже не хотели понимать жеребята, да и взрослые лошади тебя жалели из-за твоей беды со зрением ты выросла замкнутой и не разговорчивой кобылой, но оказавшись тут ты улыбалась. Что творилось в твоей голове порой ответить на этот сложный вопрос не могла и сама ты. К изгороди подошёл конюх с ветеринарным врачом, который совсем недавно делал тебе операцию на глаза. Они постояли и посмотрели на тебя немного погодя сказал вет-врач.
Она идёт на поправку. Саша присмотри за ней, не оставляйте её одну в леваде, без конюха, который был бы рядом. Я волнуюсь, что не видя этот мир она может вести себя с людьми и с лошадьми очень странно.
Слова звучали монотонно и без нотки радости или же меняющихся эмоций, как это было у всех людей. Тебя больше не жалели, как несчастное искалеченное судьбой существо. Ты была свободна выбрать свой путь и сейчас ты терялась в догадках что тебе делать? Немного погодя конюх кивнул врачу и они отошли подальше. Ты же подняв голову повыше заржала и отвернувшись от людей отошла и от изгороди. Остановившись почти на середине левады и осматривая окрестности. Из-за твоего ржание с веток той старой ели взлетели два ворона и растворились в небесах. Солнце опять зашло за большую тучу и ты посмотрела на землю и затихла.

0

26

Она продолжала плакать, тебе казалось, что твоё сердце начало колоть от её слёз, оно то прихватит, то отпустив, нет-нет, ты был совершенно здоров, поэтому было странно. Ты походу дела знал, что это было, но до сих пор боялся в этом признаться себе, ведь всё ещё из памяти не выходила Ласка, как ты её ещё называл, но ты прекрасно понимал, что её больше никогда не увидишь. Ты на минуту опустил голову вниз, тяжело вздохнул и отвёл уши назад, что-то прошептав, ты опять поднял голову и ещё раз мордой прижался к шее кобылы. Сразу же стало легче, но тебе всё ещё было невдомёк насчёт этого чувства, которое прихватило тебя минуты две назад. Кофф прекрасно понимал, что должно пройти ещё какой-то промежуток времени, чтобы убедиться в своих чувствах полностью. Любовь с первого взгляда ты не верил, ты крыл много кобыл, многие были красивые, но они не привлекали тебя.
Ты стоял ещё пару минут рядом с кобылой, которая немного покачивала головой. Текинка сорвалась  с места и побежала быстро, ты даже не успел проводить её взглядом, она чуть всхлипывала, ты слышал. Жеребец потом понял, что кобыла делала так специально, поэтому он побежал рысью, а потом перешёл в плавный галоп, немного задрав голову. Ты догнал кобылу, бежал рядом с ней, а потом резко остановился и смотрел ей в след, но вскоре она подошла к тебе. Ты посмотрел на неё любопытными глазами и улыбнулся, просто так, захотелось. Кобыла подошла ближе и начала аккуратно покусывать твою холку, грива твоя была коротко очень подстрижена, поэтому чесать её было удобно. Леффе в ответ прошёлся зубами по её холке, посматривая вперёд, а вдруг что случиться? Ты вдыхал её запах, так, чтобы запомнить его на всю жизнь, словно жеребёнок, который должен отличать мать по запаху из общего табуна, так и ты. Сейчас тебе было хорошо, но была одна проблема, ты не знал, как её зовут, а она не знала, как зовут тебя. Ты решил исправить эту ошибку, потому поднял голову и посмотрел на текинку.
-Мы с тобой ещё не познакомились, можно так сказать. Моё имя Кофф, можно и Леффе. – произнёс ты с улыбкой и стал смотреть за забор левады.
Да-да, тебе не показалось, ведь ты услышал шаги ещё до того, как пришли те, кто их создавал. Был крайне не доволен этим, ведь ещё не полностью познакомившись с текинкой, вас сейчас наверняка будут отвлекать. Ты прижал уши к голове, когда увидел ещё одну лошадь и двух людей. Через минуту от тебя отошла текинка и стала, вроде как, подходить к незнакомке, а то что эта была кобыла, ты уже не сомневался. Кофф сделал крысы и скрипнул зубами, сборище кобыл он не любил, хотя их не так уж и много, но что-то было не то. Ты резко развернулся с места назад и пошёл медленным галопом, плавно перенося ноги, чуть задрав хвост, который развевался на ветру, скоро должен прийти конюх. Ты вдруг ощутил, что в этой леваде вы наверное час или полтора, как быстро летит время, что ты даже перешёл на рысь, но потом так же побежал галопом. Хорошо, что нога пока не волновала, ты надеялся, что и не будет волновать, три года прошло всё-таки. Остановившись в конце левады, ты опустил голову и начал есть траву, иногда поглядывая на двух кобыл.

0

27

Не без удивления ты проследила за тем, как Кофф сначала раздраженно окрысился (по отношению к тебе ли?) и отдалился от тебя, куда-то ускакал, не сказав ни слова, а ведь ты, вроде бы, даже не сказала ему своего имени. Опиум с непониманием смотрела ему вслед – эта задумчивость моментально отразилась на ее лице, даже уши она отогнула назад, напуская на себя побольше жалости, ибо этот странный ход был до того не подвластен каким-либо ее объяснениям, что она очень нуждалась в чьей-то помощи.
«Неужели Вы решили, что я тут же променяю Ваше общество на общество этой прелестной незнакомки? Боже правый, Вы ошибаетесь».
Эти слова следовало бы произнести вслух, прокричать даже, если осмелишься, ведь в любой момент ты можешь снова потерять его расположение и мимолетный интерес к себе. Но, другой вопрос, станет ли тебе от этого грустно? Ничего не можешь сказать о том, как обстояло с этим раньше, но из твоих недавних воспоминаний тебе тут же припомнился один молодой жеребчик-ахалтекинец, влюбленный в тебя. Он ушел, не изменив своей романтичной натуре, с громкими словами, оставляя за собой надежду на милость твою, но ты не чувствовала ничего. Ровным счетом ничего. Ты просто играла с ним, это доставляло радость, тешило самолюбие. И в определенный момент, находясь еще в своем образе, ты едва ли не пошла тогда за ним следом, пока не поняла, что сердце твое пустое и холодное к нему. И ни к чему этот фарс.
Вот и сейчас. Опиум мучительно прощупывала эти самые чувства, есть ли они, или внутри до сих пор равнодушно и холодно. Даже если так, пусть, но почему бы не доставить себе еще немного удовольствия? Изучить такую необычную натуру, попробовать найти к нему подход, но не позорно оставить это, спасовав перед невиданной ранее силой характера, не влюбив в себя. Иногда так хочется пойти на поводу своего внутреннего «я», кокетки, распущенной высокомерной дамочки.
Так до конца и не поняв мотива своего поступка, Опиум все же зарысила за ним, намеренно не срываясь в галоп, как будто ей нет сил бежать за ним скорее. Молчаливо следуя за ним, она не упускала из виду его затылка, ведь в любой момент он может заметить ее преследование и обернется, а она тут же подхватит его взгляд и все объяснит, если он и так не догадается. На языке взгляда она объяснится в своей привязанности и убедит Коффа в том, что не готова закончить разговор с ним так скоро, пусть даже здесь, на этой леваде окажется целый табун сородичей. Что значит каждый из них в отдельности в сравнении с такой недлинной, на первый взгляд, но все же забавной и по-своему незаурядной историей их отношений.
- Мери. Меня зовут Мери, - вытягивая шейку, негромко посылала она ему вслед и, будучи уверенной в том, что эти слова возымеют должное действие, остановилась в ожидании, - Мери Энн, если угодно.
Мери Энн. Откуда вообще она знала о существовании этого имени? Откуда оно появилось? Она не могла помнить о своем прошлом имени «Опиум». Только от прошлых знакомых и друзей, если и они не намеренно не растеряли это маленькое никчемное воспоминание.

0

28

Как же ты глупо поступил, когда так резко отошёл от них, был похож на маленькое дитё, но уже ничего не исправишь, поэтому надо включать воображение. Ты продолжал есть траву, ветер обдувал тело, тучи продолжали скапливаться в небе, было то темно, то светло, ведь ветер быстро гнал тучи. Ты чувствовал, что скоро пойдёт дождь, морось была только ради предупреждения, то есть сообщила всем, что будет дождь позже. Тебе стало как-то не по себе, и скоро задумавшись, ты забыл про то, что здесь были кобылы.
Закапал дождь, тучи полностью закрыли часть неба, стало прохладнее, дул ветер. Твой хвост развевался на ветру в правую сторону, иногда касался забора. Жеребец продолжал тихо пощипывать траву, заполняя свой живот зеленью. Ты повёл ушами, услышав незнакомку сзади, точнее текинку, но ты уже занялся травой. Дождь пошёл сильнее, ветер подул ещё сильнее, твоё тело покрывалось каплями прохладного дождя и в голову стукнуло воспоминание.
Ты стоял около старого сарая, привязанный к какой-то железной штуки у сарая, тебя медленно седлали, люди смеялись. Около тебя стояли два пони, один из них старый, а другая молоденькая, но запущенная, как вы все. Твои копыта были в ужасном состоянии, холка чуть стёрта, на крупу была царапина, большая, ладно хоть её обработали перекисью. У тебя не было сил сопротивляться, ведь за каждое сопротивление ты получал то прутом, то хлыстом по телу, да и ел мало, маклаки торчали, рёбра тоже, но не очень ужасно. На тебя одели белый вальтрап, седло, потом отвязали, сняли верёвку с морды и одели уздечку, уздечка была яркая с украшениями, на шею одели красивую верёвочку. Ты окрысился, получил по морде, ждал, когда поседлают пони. Всё, дело сделано и вы пошли в город, катать детишек. На тебя села тётка и вы пошли. В парке как всегда были детишки, которым натерпелось прокатиться. Посадили ребёнка  и, взяв под уздцы, вы тронулись. Ты через круг решил, что сейчас надо сделать ещё одну попытку к бегству, даже если ребёнок. Ты резко двинулся вперёд, встал на дыбы, ребёнок упал, а ты пошёл, но тебя поймали, начали бить хлыстом по крупу и орать.
От этих воспоминаний Кофф невольно скозлил в забор, а потом начал вставать на дыбы, словно его сейчас больно били, но он пришёл в себя. «Фух, это всего лишь прошлое». Ты осмотрелся по сторонам, словно не веря, что ты находился здесь,  не там в городе.
- Мери. Меня зовут Мери.
Раздался голос с боку, ты не ответил и даже не посмотрел в её сторону, всё ещё был ошарашен той истории. Ты посмотрел своими глазами на кобылу, но взгляд получился сквозь неё.
- Мери Энн, если угодно.
Ещё раз произнесла текинка и ты пришёл в себя. Леффе посмотрел на неё ещё раз, а потом носом прикоснулся к её шее, проверяя здесь ли она или это ведение. Ты торкнул её носом ещё раз, а потом посильнее и убедившись, что это настоящая лошадь.
-Прости, я просто..- ты не нашёл больше слов для объяснение.
Жеребец посмотрел в сторону незнакомки и опять начал есть траву, потом начал смотреть на небо, дождь всё ещё сел. Ты прикоснулся носом к шее Мери и зубами поскоблил её холку.
-Глупый вопрос, но ты домашняя?-произнёс ты.
Выглядело это глупо, лучше бы вы играли в молчанку, хотя…

0

29

Пугающий взгляд, совсем другой. Опиум до этого не видела его таким потерянным и напуганным. Сотканный из различных найденных в нем черт характера и впечатлений дал трещину, ибо не предполагал до этого ровно никакой его слабости. А сейчас. Такой взгляд принадлежал кому-то другому, запуганному, пережившему что-то страшное. Ты много чего о нем еще не знала, поэтому не стоило, в общем-то, так удивляться этой внезапной перемене. Но все равно. Этот взгляд навсегда запомнится тебе – ощущение было и правда очень схожее с таким, как будто тебя увидели насквозь, как будто тебя и нет вовсе не этом месте, невидимка. Была, существовала, а тут просто исчезла. Произносишь слова, а, оборачиваясь, пугаясь и сходя с ума, кто-то ищет тебя взглядом и не понимает, как мог слышать слова, исходящие от пустого места.
Растерявшись от этого, Опиум оглядела себя, как бы убеждаясь в том, что она существует. И, повинуясь абсолютно тому же порыву, к ней подошел Кофф и дотронулся до нее. Так вы, не догадываясь,  только что сошлись в мыслях. Мило было бы осознать это, но в этот самый момент Опиум узнала в этом жесте только прежнюю нежность. Значит, все в порядке, не стоит прерывать приятных моментов.
Так она, не хотя, позабыла о новоприбывшей.
- Домашняя? – бессмысленно переспросила она не для того, чтобы случайно не ответить на нерасслышанный вопрос, а только чтобы получше вникнуть в саму суть. Вопрос не казался ей глупым, хотя, если бы она помнился свою жизнь чуть лучше, то она, конечно, подумала бы о том, как об этом спрашивают банально и часто. Оставалось только действительно призадуматься. Домашие и дикие лошади. Для нее не существовало четкого понятия ни одного, ни второго слова. Она не видела совершенно свободных лошадей, не имеющих ничего общего с людьми, но она и не видела таких, на которых бы ездили люди. Она видела только людишек, которые ошивались рядом – приводят и уводят, кормят, чистят, но такие люди не главенствуют, не подчиняют, а скорее наоборот прислуживают. Она не знала вкуса железа, не знала и вкуса свободы. Сама связала себя с этим местом, как кошка, гуляет сама по себе, то в денник украдкой проберется, насытится, то совершит прогулку. Кто же я? Кто?
- Я… я просто ничья. У меня нет человека, как и смелости для того, чтобы покинуть эти места. Тало быть, я не свободна все-таки, - так она ответила и, наконец, принялась за прежнее почесывание его холки, хотя и ожидала до сих пор каких-то дальнейших вопросов.
Интересно, а он сам-то домашний? Опять таки, человек, которого можно было бы сдуру назвать его хозяином, всего лишь привел Коффа в эту леваду. Но, рассуждая, можно прийти к выводу, что в его возрасте ему явно нельзя приписать то легкомыслие, с которым ты бесцельно шатаешься по конюшням и диким местам. Он давно мог определиться и отдать себя или в руки людей, или воле.
Впрочем, он расскажет тебе сам. Ведь так? Рассказ просто напрашивается сам.

Отредактировано Опиум (2010-09-07 13:26:42)

0

30

Опять какие-то корявые и смешные движения. Ты выглядела нелепо, но сейчас находиться тут ты совершенно не хотела. Тебя тут были не рады видеть, да и сама ты хоть и хотела познакомиться понимала, что если подойдёшь, то сейчас обязательно что-то произойдёт и та кобыла или жеребец скажут тебе о твоём провидении. Немного погодя ты нелепо согнула шею в баранку и ударив передней ногой о изгородь немного подождала. Звук был тихим и наверное никто из конюхов конечно же его не услышал бы. Тот конюх и вет-врач ушли обратно в конюшню. Умершая Надежда опустила голову вниз и губами нащупав клочок сухой травы взяла его в рот и прожевав проглотила. Мысль была только одна и она не давала тебе покоя, хотя наверное это была даже не мысль, а желание, которое наверное можно воплотить в жизнь.
МСЛ Была бы я слепа, я бы не чувствовала себя так, как забитая птица. Не своя среди похожих. Голубые глаза перестали блестеть и ты затихла и замерла, была похожа на изваяние или же скульптуру. Выглядела нелепо и криво, как-то не так, но что-то в тебе было. Тонковатые, но сильные ноги ты слегка расставила, а голову положила на колитку, которая служила выходом и входом. Больше ты не видела ни той кобылы, ни жеребца. Ты видела всё в серо-белых тонах и будешь всегда так видеть, по-крайней мере так сказал врач, когда последний раз тебя осматривал. Но тебя не пугал этот факт, даже наоборот тебе нравилось самой придумывать цвета предметам. Ты не двигалась и только противный моросящий дождь каплями оставался у тебя на шкурке, а следы от него было чётко видно. Прижав уши к затылку ты так и стояла, вспоминая, как бесполезно ты провела лето и что сейчас будешь существовать точно так же. Ты не выносила, когда была слепой эту ядовитую жалость к твоей персоне, этот неприятный взгляд на твои бело-голубые глаза, ты не видела, но чувствовала его. Ты понимала, что тот кто может тебя жалеть, то и даже говорить с тобой будет с нотками этой жалости, что ты не выдерживала. Опустив голову и поняв, что до конца этого дождя тебя не заберут и придётся тут стоять и мокнуть понимая, что никогда не сможешь быть как все и даже заговорить с ними не сможешь ты продолжила стоять возле этой изгороди. Серо-белый мир он был новым и пугающим, а заодно и злым, ты старалась улыбнуться, но вместо этого закрыла глаза не желая больше на это смотреть.

0


Вы здесь » Флика - Дух Мустанга » Левады » Левада около густого, молодого ельника.